Деньги на венчур

800 миллионов рублей – таков размер Московского венчурного фонда (МВФ), сформированный из средств городского и федерального бюджетов. Кто, как, кому, на что и на каких условиях будет выделять эти деньги — об этом было рассказано на пресс-конференции, прошедшей 26 октября.

В пресс-конференции приняли участие все стороны, причастные к созданию Московского венчурного фонда и управлению им. Это МЭРТ, правительство Москвы, «Система Венчур» и управляющая компания, которую отобрали по конкурсу из нескольких десятков претендентов — «Альянс РОСНО Управление Активами». Поводом для пресс-конференции, собственно, послужило то, что механизм работы МВФ отлажен и фонд приступает к работе.

Как заявили участники пресс-конференции, основные цели фонда – это развитие высокотехнологичных отраслей путем венчурного финансирования, поддержка малого бизнеса в научно-технической области, становление и развитие венчурной индустрии в целом и привлечение частных инвестиций в высокие технологии.

Как управляющая компания будет отбирать предприятия для венчурного инвестирования? Как было заявлено, МВФ берет на себя обязанности по поиску и отбору проектов, удовлетворяющих достаточно жестким критериям. Во-первых, по своей организационно-правовой форме предприятие должно являться ООО или ЗАО. Во-вторых, в обмен на венчурные инвестиции компания должна быть готова передать фонду контрольный пакет акций или долю в уставном капитале. Вместе с этим МВФ получает контроль за исполнением бюджетов и включает своих представителей в совете директоров, взамен предоставляя консультации по общим вопросам ведения бизнеса и помощь в подборе ключевых сотрудников. Это требование не должно пугать: в дальнейшем предприятие может совершить обратный выкуп пакета/доли у фонда. Третье требование заключается в том, что потенциальный объем рынка, на котором работает компания, должен составлять не менее 1 миллиарда рублей в год. Кроме того, ожидаемый ежегодный прирост рынка в ближайшие пять лет не должен быть менее 30%. Четвертое условие касается непосредственно объекта производства: так, необходимо наличие лабораторного образца или возможность получить готовый продукт в течение двух-трех лет, а также ориентированность производства на высокие технологии. Кроме того, ситуация с интеллектуальной собственностью должна быть максимально прозрачна: если прав на нее у компании на момент заключения соглашения нет, то должна просматриваться хотя бы возможность их оформления.

Иными словами, потенциальный получатель венчурного капитала – это перспективная компания, работающая в области высоких технологий на быстрорастущем рынке и владеющая интересной для финансистов интеллектуальной собственностью.

Действительно, по словам представителей МВФ, основной упор в инвестировании будет сделан на молодые быстрорастущие инновационные компании, которые уже осуществляют операционную деятельность. По оценкам «Альянса РОСНО», на развитие этого направления планируется затратить 75% средств фонда.

Тем не менее, возможны и другие варианты. Так, 15% предполагается пустить на инвестиции в так называемые «стартапы» – начинающие компании, которые завершают научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы (НИОКР), а еще 10% — на инвестиции в коммерциализацию существующих высоко конкурентных объектов интеллектуальной собственности.

Помимо всего этого, объект должен быть по-настоящему новаторским. Дмитрий Васютинский, директор департамента альтернативных инвестиций и недвижимости управляющей компании, подчеркнул, что средства будут вкладываться только в кардинально новые проекты, а не просто в усовершенствование уже существующих разработок.

Все проекты будут проходить через череду экономических и научно-технических экспертиз. Проведение экономической экспертизы станет задачей управляющей компании «Альянс РОСНО». С экспертизой научно-технической все гораздо сложнее – потребуется привлекать сторонних специалистов, в том числе из РАН, ведущих университетов и НИИ.

Минимальный размер инвестиций в одну компанию составит 10 миллионов рублей. При этом фонд будет ориентироваться на минимально допустимую ожидаемую норму доходности в 30%.

Сейчас МВФ уже рассматривает заявки пятидесяти компаний, нуждающихся в венчурных инвестициях. Журналистам названия этих проектов не сообщили, особо подчеркнув, что все проекты рассматриваются в обстановке строгой конфиденциальности. Зато озвучили, в чем будет заключаться интерес управляющей компании, которая распоряжается средствами венчурного фонда. В качестве вознаграждения за управление «Альянс РОСНО» будет получать 2% от стоимости чистых активов в год (но не более 16 миллионов рублей) и 15% от реализованного дохода после продажи активов. «Это более-менее стандартные ставки вознаграждения по венчурным фондам,—- пояснил Дмитрий Васютинский. — Если посмотреть на западные венчурные фонды, то чаще всего они используют систему «2 — 20» [2% от СЧА и 20% от дохода от продажи активов. – Прим. ред.], то есть наше вознаграждение чуть ниже, чем стандартное вознаграждение западных фондов».

На вопрос корреспондента «Бизнес-журнала» о том, как обстоит дело с кадрами (известно, что для успешного венчурного инвестирования необходим целый штат опытных управленцев и экспертов), представители управляющей компании ответили, что имеется возможность привлекать очень широкий круг экспертов со стороны, в том числе и отдельно под каждый конкретный проект.

В случае успеха проекта, в котором участвует своими инвестициями МВФ, компания окупает вложенные средства и преодолевает планку доходности в 30%. По прошествии оговоренного срока фонд продает свою долю в компании, а прибыль поступает к участникам фонда. При этом первоначальный создатель проекта может попробовать выкупить свою долю обратно. По словам Дмитрия Васютинского, это идеальный вариант, в котором МВФ наиболее заинтересован. Разумеется, весьма вероятен и неблагоприятный сценарий, когда венчурные инвестиции не принесут отдачи. Что ж, венчурные инвестиции потому и называют «высоко рискованными».